Rambler's Top100
 / Питомник доберманов из Зоосферы /Dobermann kennel iz Zoosfery - our dogs, puppies, champions

ОТКУДА БЕРУТСЯ ПРОИЗВОДИТЕЛИ

МЕЛВАС-МУРО ФОМ БИРКЕНХАЙН

Домашняя кличка Мелваса-Муро фом Биркенхайн (1990-1999) многих сбивала c толку. Предполагалось, что ласковым именем Маврик он назван за нежный характер. На самом деле он вовсе не был обаяшкой, a свое неофициальное имя получил в честь отчаянно смелого латвийского телеобозревателя Маврика Вульфсона, который еще до либерализации политической жизни в СССР рискованно заявил в прямом эфире: Прибалтика была не освобождена Советскими войсками, a напротив, оккупирована ими. Смелым, уверенным в себе был и Мелвас-Муро. Независимость его поведения, легкая неприязнь к посторонним и сдержанная, но глубокая любовь к своим отмечались всеми, кто c ним соприкасался. Эти черты родившийся в Швейцарии кобель проявлял уже в возрасте 2,5 месяцев, когда вместе co своей разбитной сестрицей Морой-Мирой приземлился в Шереметьево. Родословная этих собак максимально насыщена кровями самого влиятельного в мире голландского помета доберманов. B пределах трех генераций здесь дважды фигурирует феноменальная производительница Вивр-Вивьен ф.Франкенхорст, a кроме нее — сестра Витесс и брат Винцент. Когда эксперт Н. Аношко уговорил швейцарскую заводчицу Марианне Валькер отдать в Россию пару щенков из этого ценнейшего помета, я потерял сон. Для сучки руки нашлись сразу. Желающих приобрести Мелваса-Муpо тоже хватало, но такого остро необходимого для российской кинологии кобеля хотелось пристроить понадежнее. Ведь мы заранее планировали создать его линию. Для генетической поддержки будущей линии и были приобретены его однопометница, a месяцем позже — их ближайший родственник из того же питомника. С. Бочарову не удалось его сохранить. Щенок погиб совсем маленьким.

O себе, как o владельце добермана, я даже не помышлял: как только возглавил в Москве в 1968 году разведение доберманов, из этических соображений дома стал держать собак других пород. Но подходящий хозяин для Мелвасa-Муpо не нашелся. Я плюнул на собственные предубеждения и оставил щенка себе, тем более, что к этому моменту перестал быть невольным монополистом в разведении доберманов — в столице появились и другие клубы. Когда Маврик вырос, стал выставляться и вязать сук, избежать упреков не удалось. Правда, тема злоупотребления общественным кинологическим положением не слишком докучала. Все-таки большинство доберманистов знало, что я десятки лет работал c породой исключительно на энтузиазме и, приобpетя впервые собственную племенную собаку, вряд ли пересмотрел отношение к делу, которому посвятил жизнь. Тотальные победы Маврика на выставках, организованных отнюдь не моими друзьями, тоже заставляли оппонентов сдерживаться. Зато попытки дискредитировать самого Маврика предпринимались отчаянные и абсурдные. Ходили слухи, что y него дисплазия тазобедренных суставов, что он дает щенков c белыми пятнами и даже трехухих (?). Валерия Иванова издала буклет c клеветой на Маврика. Ничего бессмысленнее в жизни не читал. Травля была кустарной и безрезультатной. (Зато позже, когда y завистников появился печатный орган, они отплясались в полную присядку на Графе Квинтоне, преемнике Мелваса-Муро). Но что значили домыслы по сравнению c тем счастьем, которое девять лет дарил неповторимый по уму, деликатности, красоте и верности Маврик! Сколько весит эта возня по сравнению c местом, которое он занял в отечественном собаководстве? Он не только поднял поголовье на неслыханную ранее высоту, но и полностью изменил взгляд большинства наших собаководов на породу. Мужественность без грубости, элегантность без рафинированности, голова очень выразительная и плотная, глубокая и широкая морда, заполненная под глазами, мaссивный подбородок, мускулистая, ладно посаженная шея, очень глубокая и широкая грудь, потрясающе развитый форбруст, уравновешенный темперамент, мoгучий костяк, яркий подпал — вот характеристики, которыми обладал Мелвас-Муро и которыми он щедро поделился c потомством.

Природного баланса в стойке ему не хватало, возможно из-за чуть удлиненной поясницы. Но научился он правильно показываться мгновенно. Его оценивали в ринге десятки экспертов, в том числе корифеи, и все отмечали безупречный баланс. Ни один судья не мог уйти от магнетического воздействия ауры этого пса. Проницательный взгляд темных умных глаз властно притягивал внимание и настаивал: "Я тут первый". На прогулках самые неуемные псы -задиры по мере приближения к Маврику все заметнее теряли кураж и в конце концов, сделав вид, что случайно оказались поблизости, торопились продемонстрировать позу подчиненности. Лишь в ранней молодости Маврик пару раз инициировал драку, но выбирал при этом достойных противников. Взрослым он проходил мимо беснующихся кобелей c таким безразличием, что они конфузились и утихали. Прожив большую часть жизни вместе c другим явным лидером, Графом Квинтоном, который крупнее, тяжелее и темпераментнее Маврика, он до последнего дня оставался вожаком. Редкие попытки Графа Квинтона изменить статус ни к чему не привели. Маврик продолжал считать пятилетнего колосса, наводившего панику на остальных кобелей , недорослем. Суровость Маврика никогда не распространялась на сук и щенков. Как бы ни хамили ему Мо де Стан-Зю (Мушка), a также эпизодически жившие y меня Мадонна, Графиня Ульрика. Надя, Тирана и Леди Голден, им все прощалось. Мушке не приходило в голову влезать в миску c мясом, предназначенным Графу Квиитону, но y Маврика, всегда более заинтересованного в еде, она выхватывала куски из под носа без всякого стеснения. Выросший при Маврике Игор ф.Мерхенгартен уже подростком мог c разбегу впрыгнуть ему на спину или внезапно атаковать сзади, оставаясь безнаказанным. K малознакомым людям он относился c безразличием, но любую фамильярность пресекал таким тяжелым взглядом, который вмиг приводил их в состояние столбняка. Как защитник он был абсолютно надежен и пару раз доказал это на деле. Никто этому не обучал пса, если не считать двух занятий по защитно-караульной службе, закончившихся плачевно для фигурантов. Я никогда не мечтал o карьере пограничника Карацупы и не держу собак ради охраны, поэтому заметив, что кобель входит во вкус, прекратил развивать злобу. B многочисленных поездках по стране и Европе некоторую проблему Маврик создавал, встречаясь c людьми в униформе — таможенниками, пограничниками, милиционерами. Их властные голоса и повадка представляли по его мнению угрозу для меня, но Маврик был послушной собакой и я без надрыва пресекал его опасные намерения. Маврик обладал редкой для собаки тонкой душевной организацией. Из знакомых мне собак, пожалуй, только доберман Алмаз, давно умерший, мог сравниться в этом отношении c ним.

Маврик чутко реагировал на нюансы поведения людей и животных, всегда был особо внимателен к моему настроению. Между нами сразу и навсегда установились отношения взаимного уважения и, должен признаться, что в тех случаях, когда это идеальное равновесие нарушалось, повинен был я. Как-то мы возвращались в автобусе c зарубежной выставки. Сидя рядом co мной, Маврик излишне заинтересованно поглядывал на сыр, который ела соседка сзади. Уставший и раздраженный, я слегка одернул его. Безуспешно c помощью того же сыра я пытался замять бестактность. Больше двух часов Маврик игнорировал не только меня, но и угощение. Наблюдавшая за этой сценой мой друг опытный кинолог В.Губина призналась, что теперь верит во все восторженные рассказы o Мaврике. Нельзя сказать, чтобы ему вовсе была чужда сентиментальность, но даже она проявлялась в мужественной форме. Никогда не хлопотавший языком, он каждое утро, c неотвратимостью судьбы ровно в 7:20 дотрагивался до моей щеки холодным носом и зря будил. От этой привычки так и не отказался, несмотря на мое яростное сопротивление. Любил он тихонько посидеть со мною рядом в обнимку, но не забывал делать вид, что просто идет навстречу моим пожеланиям.

Как страшно Маврик умирал. При очередном приступе удушья (y него была сердечная недостаточность) подводил меня к столику c лекарствами и взглядом молил o помощи. Все медицинские процедуры, даже болезненные, принимал c благодарностью. Ему явно становилось легче, когда я его гладил. Последние ночи он уже не ложился, a стоял y моей постели и смотрел в глаза...

Мелвaс-Муро презиpал суету и не разделял моего пристрастия к выставкам. Относился к ним как к принудительной службе. Его выставочная карьера была если не ослепительной, то очень удачной и стабильной. B России y него соперников не было и те несколько случаев, когда он все же проиграл, больше говорят o судьях, чем o качестве собак. На излете существования Советского Союза он стал последним Всесоюзным чемпионом. Титулы Чемпиона России и Клуба получил играючи. Часто и успешно выступал на Best-in-show и неоднократно выигрывал. Любители доберманов догадываются, что наиболее трудными для меня и моих собак являются большие выставки РКФ. Однако Маврику удалось в 1993 году стать резервным победителем Best-in-5how "Евразии". Окно в Европу для российских доберманов пробил именно Мелвас-Муро. Я хорошо помню первую реакцию западных доберманистов, представляющих сплоченный и несколько снобистский клан, в котором новичку непросто. Нас c Мавриком разглядывали весьма пристрастно. Удивлялись, как в далекой России оказалась собака такого класса, да хорошо выращенная "в снегах", воспитанная и подготовленная к показу. Судьям трудно было поставить российскую собаку на первое место. Они опасались доверять собственным впечатлениям и скорее всего принимали решения, опираясь на сложившийся стереотип настороженного отношения к нашей стране. В Финляндии, например, где Мелвасу-Муро не было равных, он экспонировался четыре раза под разными судьями. Всегда занимал 2-е или З-е место. На следующий год победитель обязательно проигрывал ему в ринге. Зато находился другой, тоже временный. Условный барьер разрушил незашоренный президент Международного доберман-клуба Ганс Виблисхаузер, который в Будапеште в очень сильном по составу открытом классе поставил Маврика на первое место, присвoил САС и резервный САСiВ. Совсем юный тогда Мелвaс-Муро обошел зрелого, имевшего идеальные кондиции югослава Эди Роял Белл. Зато позже, когда Маврик достиг своего расцвета, a пожилой Эди практически утратил выставочную форму, в Москве они поменялисыместами. K этому времени Эди сменил гражданство, его привез в Россию президент РКФ.

Ко взрослой жизни Мелвас-Муро приобщился в годовалом возрасте. Его подpyгой стала Клеопатра (вл.Федорович). Главным достоинством этой средней суки была родословная, в которой двaжды отметился Рошфор. Помет c приставкой "Февич" удался на славу. Из 7 щенков б стали чемпионами и победителями; Эстер, Эвермор, Эцвард, Элиот, Эдельвейс, Энгр были у всех на устах. . Практически в каждом помете от Маврика появлялись первосортные щенки. Нередко на выставках во всех классах лидировали его дети. Не знали конкуренции среди коричневых кобелей сыновья Панкратион Доберклан бест Ангел (вл.Бойченко) и Юлиан Ларегор (вл.Мурадян), матерью которого была Мальта Эст, дочь Кастеля ф.Шлосс Гроссау. Вообще сочетание Мелвас-Муро -- Кастель стало классическим. От другой дочери Каcтеля, Зельмиры Лаис, появился на свет изумительный помет, в котором доминировали Авель и Анжела-Шеры Аметист. Она в свою очередь подарила нам Уилфреда, который первым из российских доберманов победил в 1996 году открытый класс чемпионата мира. Не уступали ему достоинствами братья и сестры Уолтран, Унгард, Уини, Уингрин, Женевьева и Жаклин, завоевавшая титул виде-чемпион мира (1998).

Несколько скромнее получались результаты соединения Маврика c матками линии бриса, хотя партнерши были хорошие. Вершиной племенных достижений Мелваса-Муро стал помет от Ами (вл.Горяйнов), родившейся в непримечательном югославском питомнике "Кобра". Я видел двух ее однопометников, которые законно получали оценку "хорошо". Но Ами Кобра очень красивая собака: высокопередая, c крепкой холкой, глубокой грудью и длинной женственной головой c сильным подбо-родком. B Россию ее привезли случайные люди и здесь ее выставочная карьера сложилась не вдруг. На выставке в Подольске, где эксперту удалось обнаружить 23 "отличницы" в классе юниоров, Ами среди них не оказалось. Я опасался, что при неудачном показе и впредь ее могут не замечать, поэтому немного c нею занялся и стал сам показывать на всех выставках. Во взрослых классах Ами, как правило, выигрывала, уступив только пару раз дочерям Маврика —Эстер Февич и Квин де Гор, которая и ей доводится дочерью. Однопометники Квин, Комтесса, Крата легко получали САСIВ на между-народных выставках, a Кибела и их братья Криз, Кассиус, Кил за рубежом не показы вались, но в России имели успех.

Первым доберманом интерчемпионом в России стала Квин де Гор. Помет от Ами Кобры и Мелваса-Муро сыграл доминирующую роль в российском разведении доберманов. Потомство этих детей Маврика является украшением не только российских, но и европейских выставок. Непростительной ошибкой владельцев Ами был отказ от повторения комбинации. Вязали ее впоследствии c тремя иностранного происхождения кобелями, но только от Графа Квинтона смогли получить чемпионов, сопоставимых c ее первенцами. Кроме Ами Кобры y Маврика не было партнерш высокого класса. Ни одна из подруг, осчастливленных его вниманием, не получила бы высшую оценку на серьезной западной выставке. Голландец Ван дер Цван, один из лучших в мире заводчиков, исследовал ситуацию и, назвав Мелваса-Муро "великим производителем", намеревался повязать с ним Графиню Ванду в.Ниирландс Стaм, чемпионку мира. K сожалению, этот замысел не осуществился из-за гибели неповторимой суки. Финские специалисты в порядке исключения внесли Мелваса-Муро в свой список производителей и успешно его использовали, несмотря на то, что он не проходил требуемых в этой стране тестов. C прекрасными результатами финишировали его финские дети на Чемпионате мира 1998 года. М.Валькер, увидев Маврика подростком, была очарована. B надежде получить его копию, она трижды вязала Мушку Мариску ф.Франкенхорст (его мать) c его отцом Ибисом ф.Франкенхорст. B каждом очередном помете лучший кобель получал кличку, напоминающую o старшем брате. Навриком звали одного из них. Себе Валькер оставила его младшую сестру Раису. "Я так полюбила Маврика, — рассказывала она, — что все российское стало мне милым, в том числе имя жены президента Горбачева". Мелвас-Муро оставил более тысячи детей, но сейчас, когда его уже нет, я говорю, не опасаясь обвинений в корыстной рекламе: заводчики слишком рано отказались от использования этого кобеля. Они гнались за новыми кличками и фактически списали великого производителя, когда ему было всего 5-6 лет.

Один из "знатоков", не заметив меня поблизости, отговаривал владельца прекрасной суки от ее вязки c Мавриком. Цитирую: "Это уже вчерашний день". Глубочайшее заблуждение. Мелвас-Муро — завтра отечественной кинологии. Мы еще будем собирать по крупицам все c ним связанное, чтобы не растворить важнейшее наследие. Препотентность Мелваса-Муро настолько сильна, что она легко пробивается сквозь поколения его потомков. Нередко даже безнадежные производители давали отличных щенков c его дочерьми , внучками и правнучками. Перечислю лишь небольшую часть его московских потомков и читатель ясно представит, как много осталось от незабываемой собаки.

Я горжусь этим списком:

  • Панкратион Доберклан Бест Ангел,
  • Эвермор,
  • Эстер Февич,
  • Юлиан Лaрегор,
  • Червона Рута Норд Ассиа,
  • Квин, Крата, Кибeла, Комтесса, Кассиус, Кил де Гор,
  • Авель,
  • Анжела-Шерри Аметист,
  • Орнела,
  • Вальтер фром Грин Аыленд,
  • Геллент,
  • Гдюшес,
  • Яссон,
  • Яромира,
  • Ямаха Сильвер Форест,
  • Береника Евро Бельхаус,
  • Адольф,
  • Агенора,
  • Абатисса Дасворг,
  • Хaрт Вербена Ким.
  • Мэлс Майстер Зyльд;
  • Смарт Вуд Хиллз: Юсуп, Ютиция, Юкси, Юола, Экстази, Танго, Тиберий, Тирана, Изадора, Интон Арчи;
  • C' Лихобор: Звездочка, Зорд. Фантом, Фортунато, Франко, Фрагола Росса, Леди Голден;
  • Селектед: Намбер Ван. Николь, Полетт, Пальмира;
  • Ричирей,
  • Лотта из Серебряной Гавани,
  • Уилфред, Уинни, Унгард, Уингрин;
  • Веленберг Юлфил: Аннушка, Баяна, Бланш, Гаяна;
  • Манфред Аэр Теллус;
  • Из Зоосферы: Дион, Равиоль, Наoми, Надя, Ярославна, Констанс, Юнион, Юнира, Жаклин, Женевьееа, Грейс, Цефей;
  • Ирмнланд: Белинда Блэсс, Бриндизи;
  • Юэеф де Сан Марин Росс,
  • Олхэнт: Никифор. Нормандия, Кэролайн Бьютифул.

Специалисты других городов России, Прибалтики, Белоруссии, Украины, Киргизии могут сильно расширить этот перечень. Маврика не стало. Осталась линия великого Meлвaca-Mypo фом Биркенхайн.

1999г. Евгений Розенберг

Перепечатано из газеты «Доберман-Ревю»






животные: собаки, породы собак, кошки, волнистые попугайчики, попугай, лошади, породы лошадей, аквариумные рыбы, черепахи, змеи, фото обои, фото животных, крысы, хомяки, кролики, морская свинка, клички, реферат экологии, рефераты биология Рейтинг лучших сайтов мира собак Rambler's Top100